— В Давосе президент рассказал о намерении создать в России суверенный фонд по привлечению инвестиций в экономику страны. ВЭБу поручена эта работа?

— Мы взаимодействуем с Минэкономразвития по правильному структурированию участия российских и иностранных инвесторов в софинансировании вместе с этим фондом.

Мы привлечены к этой работе, потому что у нас есть очень серьезный опыт участия в фонде инфраструктурных инвестиций, который мы образовали два года назад вместе с группой Macquire, российской компанией «Ренессанс Капитал», Европейским банком реконструкции и развития, Международной финансовой корпорацией, суверенным фондом Казахстана «Самрук-Казына» и Евразийским банком развития. Подписанный объем этого фонда составляет где-то $650 млн. В прошлом году он закрыл первую крупную сделку на $125 млн для транспортно-логистической компании Brunswick Rail. Показательно, что как только мы вошли в эту сделку, сразу же «ВТБ-Капитал» и ING последовали нашему примеру. Сам фонд управляется на понятных для иностранных инвесторов условиях. Это и сделало ВЭБ привлекательным для правительства в вопросе участия в создании суверенного фонда.

— Каким будет механизм работы нового суверенного фонда?

— Здесь ничего необычного не должно быть, особенно с учетом того, что мы собираемся привлекать иностранных инвесторов. Для них важны понятные схемы работы с этим фондом, юрисдикция управляющей компании, профессионализм управляющих менеджеров, глобальных управляющих и младших партнеров.

— Приоритеты фонда уже определены?

— Самого фонда еще нет, но, конечно,

речь идет об отраслях, которые приоритетны для правительства.

Я думаю, что будут работать механизмы, которые позволят на базе соинвестирования фонда и кратного участия других инвесторов направлять средства в те отрасли, которые приоритетны для экономического развития и структурных реформ экономики страны.

— ВЭБ будет участвовать в правительственной программе приватизации на 2011—2013 годы?

— Мы были одним из институтов, который подал заявку на приобретение пакета акций ВТБ, но, исходя из задачи правительства привлечь как можно больше частных и институциональных инвесторов,

исходя из того, что подписка была вдвое больше, мы от этого участия отказались, согласовав наши шаги с ВТБ.

— Другие госпакеты будете покупать?

— Речь об участии в приватизации, приобретении госпакетов может идти только с точки зрения управления нашей ликвидностью. Если государство сочтет необходимым на каком-то из этапов подключиться, мы эту задачу выполним. Пока наше участие ограничивается тем, что наша дочерняя компания «ВЭБ-Капитал» является одним из финансовых консультантов Минэкономразвития по приватизации госимущества.

— Как идет работа с непрофильными активами? Не собираетесь в этом году продавать банк «Глобэкс»?

— Непрофильные активы — это не только «Глобэкс» и Связь-банк, но и те активы, которые нам достались в результате санации. Набсовет принял решение о том, чтобы мы выкупили активы с балансовой стоимостью около 90 млрд рублей Связь-банка. Вы знаете, что сразу по вхождении в капитал «Глобэкса» мы выкупили по балансовой стоимости все непрофильные активы, отягчавшие баланс банка. Сейчас оба банка вышли из режима санации и являются динамично развивающимися и наращивающими свои активы и капитал банками. В этом смысле мы задачу свою выполнили.

В нынешней ситуации мы не видим необходимости принятия каких-либо шагов относительно продажи банков.

Мы считаем, что исключительно хорошие перспективы с точки зрения их основной деятельности и деятельности совместно с ВЭБом позволят существенно увеличить их капитализацию, нарастив баланс и активы. И потом уже будем выходить с предложениями о судьбе этих банков.

— А те непрофильные активы, которые были на балансах банков?

— Мы их будем доводить до продажного состояния и выводить на рынок. Это как объекты на балансе «Глобэкса», так и те, которые оказались у нас при санации Связь-банка как обеспечение плохих кредитов.

— Это объекты недвижимости?

— Не только недвижимость, но еще и ряд промышленных объектов, объектов сельхозназначения. Целый набор.

— Как продвигается проект создания Почтового банка на базе Связь-банка?

— Судьба Связь-банка понятна. Вопрос создания Почта-банка с повестки дня не снят. Как он будет называться — Связь-банк, Почта-банк, Банк оказания почтовых услуг — не столь важно. Важно, что у Связь-банка исключительно благоприятная инфраструктура по взаимодействию с почтой — это платежи пенсионерам, то есть порядка 15 млн человек. Это устойчивая практика взаимодействия с «Почтой России».

Связь-банк, безусловно, станет основной для создания Почта-банка. Поэтому я не хочу говорить о его дальнейшей продаже.

Другое дело, что наличие потенциальных стратегических партнеров предполагало возможность продажи части пакета Почтового банка.

Наша работа состоит в том, чтобы оценить предложения всех тех, кто участвует в процессе, включая «Почту России», и посмотреть насколько предложения наших потенциальных партнеров — Номос-банка и банка «Русский стандарт» — в нынешней ситуации соответствуют тем условиям, на которых мы их приглашали.

— «Почта России» претендует на контрольный пакет в Почта-банке, как вы к этому относитесь?

— «Почта России» — это не инопланетяне, это стопроцентно государственная структура в нынешнем состоянии, в процессе акционирования она останется структурой государственной. В первую очередь я опираюсь на то, что хочет государство, а потом уже я оцениваю то, чего хотела бы «Почта России». В конце концов, мы госструктуры, и государство в лице курирующего министерства и курирующего вице-премьера все расскажет.